ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ ВРЕД ОТ ЭКОТУРИЗМА В НАЦИОНАЛЬНЫХ ПАРКАХ И ДРУГИХ ОПТ

В.Е.БОРЕЙКО, КЭКЦ

 

  1. Опасность туристического «перевыгула»

 

Экологический и другой различный туризм законодательно разрешен в национальных парках, региональных ландшафтных парках, природных парках и некоторых других категориях ОПТ. Однако, как это часто бывает, рекреационные нормы превышаются в несколько раз, а то и вообще не разработаны. Большую обеспокоенность вызывает быстро входящий в моду автомобильный туризм в национальных парках. Так, в России в 2003 г. этот экологически опасный вид деятельности уже был развит в 9 национальных парках (104). Следует также добавить, что в национальные парки и заповедники идет большое количество незарегистрированных туристов, которые вообще не подлежат никакому контролю.

Нередко руководителями национальных парков движет лишь одно желание — как можно больше заработать на туристах. В результате происходит туристический «перевыгул», и уникальной природе национального парка наносится существенный ущерб. Приведем некоторые примеры.

Карпатский национальный парк

 

Гора Говерла находится в заповедной зоне Карпатского национального парка, но почему-то открыта для туристов (что запрещено законом). В 2005 г. восхождение на нее в нарушение закона совершил Президент Украины В. Ющенко. Вместе с ним на гору незаконно поднялось 5 тыс. человек. По-видимому, против такого вопиющего нарушения заповедного режима взбунтовалась сама природа. Пошел сильный дождь, ударил гром. Молниями убило несколько человек, забравшихся на заповедную Говерлу.

 

Национальный парк Марий-Чодра

 

Если в заповеднике Керженский, который практически закрыт для туристов, за весь пожаро-опасный период 1996г. было 8 возгораний, то в национальном парке Марий-Чодра (находящемся по соседству) из-за туристов насчитывалось до 8 возгораний в день (78). В том же национальном парке Марий-Чодра, возле озера Кичиер, из-за туристского «перевыгула» образовалось несколько проплешин, которые невозможно обхватить, даже взявшись за руки группой в 20 человек (79).

 

Национальный парк БеловежскаЯ пуща

 

Для привлечения туристов в глубине охраняемого леса была создана так называемая «Усадьба Деда Мороза», ради чего было вырублено много деревьев (7). Если в 1992 г. Беловежскую пущу посетило 25 тыс. туристов, то в 2006 г. уже 188 тыс. человек, из них «Усадьбу Деда Мороза» — 75 тыс. туристов. Кроме всего прочего — это дополнительный мусор, выхлопные газы, шум. Функционирование сомнительного увеселительного заведения, не имеющего никакого отношения к экологическому воспитанию и к охране природы — «Усадьбы Деда Мороза», явилось одной из причин, почему Совет Европы поставил перед природоохранными органами Беларуси задачу перенести «Усадьбу Деда Мороза» в другое место, ибо туризм очень вредит редким экосистемам (14).

 

Прибайкальский национальный парк

 

Вот что пишет заместитель директора этого национального парка В.В. Рябцев: «С начала 1990-х годов Ольхон вошел в число наиболее посещаемых туристами участков Байкала. В июле–августе огромные очереди образуются у парома (одновременно берет до 20 легковых автомобилей), перевозящего автотранспорт на остров. В это время за день на Ольхон перевозится до 250–300 автомобилей, а общее число достигает нескольких тысяч. Местное население насчитывает около 2 тысяч. В июле–августе на острове единовременно находится до 15–20 тыс. человек, берега всех бухт западного Ольхона покрываются сотнями туристических палаток. После них остаются горы мусора, раздуваемые ветром.

Столь мощное воздействие все более трансформирует хрупкие природные комплексы Ольхона. Степные распадки и склоны покрыты сплошной сетью автомобильных дорог разной степени «наезженности». На многих прибрежных участках автотранспорт и толпы людей уничтожили травяной покров, разрушили тонкий почвенный слой, послужив причиной эрозии. По вине туристов резко участились случаи лесонарушений (на дрова валятся деревья вблизи берегов). Оголяются все новые участки древних, закрепленных растительностью, песчаных массивов, увеличивается площадь подвижных песков. Страдает все большее количество охраняемых видов растений. Прежде всего, под удар попадают узко локализированный эндемик — астрагал ольхонский (произрастает только на песчаных массивах о. Ольхон), западнобайкальские эндемики — черноплодник щетинистоватый, норичник надрезанный (их места обитания на песчаных побережьях вытаптываются отдыхающими) и др. По вине туристов возникают практически все лесные пожары. Такого разгула огненной стихии, как в 2003 г. на острове, вероятно еще не было. С мая по август стояла сильнейшая засуха. От непотушенных туристских костров возникли десятки лесных и степных (в июле трава полностью высохла) пожаров. Самый обширный бушевал на склонах священной горы Жима (1274 м н.у.м.). Здесь сгорел, а вскоре был повален ветром, уникальный реликтовый ельник, единственный на Ольхоне. Борясь с пожарами, лесная охрана ПНП делала все от нее зависящее. Но ущерб был нанесен огромный. Общая площадь сгоревших лесов превысила 15 га.

Мощным негативным фактором (сопутствующим туризму) стало браконьерство. Полностью истреблены одичавшие лошади, табунки которых в 1980-х гг. встречались по всему острову. Оставаясь на бумаге «домашними», они не охранялись ПНП. Чем и поспешили в 1990-х гг. воспользоваться местные и приезжие браконьеры. Основным объектом их охоты сейчас является благородный олень, численность которого на Ольхоне составляет примерно 200 особей. Не обходят они вниманием и рысь. На острове обитает изолированная популяция этого хищника, не имеющая «подпитки» с материка. Сейчас она состоит всего из нескольких зверей и может исчезнуть в любой момент.

Озеро Шара-Нур перестало играть роль крупнейшего на Ольхоне очага гнездования огаря. Если в 1996 г. здесь было выращено около 100 птенцов этих красивых уток, то в 2003 г. — лишь 25, а в 2005г. — ни одного! Группы туристов теперь ежедневно, в период с июня по сентябрь, посещают водоем, делая невозможным обитание здесь этого регионально редкого вида. Реликтовый узорчатый полоз еще 15–20 лет назад был на Ольхоне обычен. Сейчас он редок. Многие отдыхающие при удобном случае убивают эту неядовитую змею. В начале 1980-х гг. на Ольхоне наблюдалось максимальное для Байкала разнообразие крупных пернатых хищников. К настоящему времени здесь перестали гнездиться балобан и могильник, сократилась численность орлана-белохвоста и беркута. Отчасти это связано с ростом фактора беспокойства, т.е. с туризмом.

Таким образом, биоразнообразие Ольхона в последние годы понесло немалые потери, но уже в самом ближайшем будущем масштабы этого процесса многократно возрастут. В августе 2005 г. до ольхонской столицы — п. Хужир — доведена линия ЛЭП. В последние годы на острове появлялись все новые туристические базы, сокращая жизненное пространство дикой природы, угрожая уникальным местам обитания эндемичных и реликтовых видов растений, уродуя красивейшие ландшафты Ольхона.

Прежде чем развивать на Ольхоне массовый туризм, следовало увеличить численность и улучшить качество природоохранной инспекции. Не могут пять лесников Островного лесничества ПНП контролировать многотысячную массу туристов, растекающуюся на площади в несколько сотен квадратных километров. Да еще при низкой обеспеченности автотранспортом (о нищенской зарплате также не стоит забывать), недостатке ГСМ, необходимости бороться с пожарами, очищать побережья от мусора. Где уж им обеспечить соблюдение режима расположенной на Ольхоне заповедной зоны ПНП. Ни местные жители, ни туристы не считаются с ограничениями на ее посещение.

Возложенная на ПНП ответственность за экологическое состояние Ольхона не подкрепляется ни в финансовом, ни в юридическом отношении. Финансирование из гос. бюджета в последние годы не превышает 70% от минимальной потребности парка. Все степные земли, в том числе и на Ольхоне, включены в состав ПНП без изъятия из хозяйственного использования и находятся в «двойном» подчинении. Практически ими распоряжается администрация Ольхонского района, а парк поставлен в положение наблюдателя. Рычагов воздействия на туристические фирмы, зарабатывающие деньги на том же Ольхоне, в ПНП нет. Как нет юридического права устанавливать плату за посещение своей территории и использовать полученные средства на природоохранные цели. Таким образом, доходы от туризма достаются бизнесменам, а ПНП — мусор, пожары и т.п.

Провоцируемые к «всемерному проявлению частной инициативы», многие жители байкальских населенных пунктов возлагают надежды на туризм. Но при этом тяготятся самыми незначительными ограничениями, накладываемыми на них режимом ПНП, видят в национальном парке досужее препятствие на пути развития своего бизнеса. Средства массовой информации? В конфликтных ситуациях (пример — задержание в 2004 г. группы иностранных туристов и местного туроператора в заповедной зоне ПНП без соответствующего разрешения) СМИ, как правило, выступают не на стороне парка. По их мнению, осуществляемые ПНП меры по соблюдению природоохранного режима «наносят ущерб международному имиджу Байкала» (80).

К сожалению, к предостережениям В.В. Рябцева никто серьезно не отнесся. В июле 2015 г., из-за туристов, оставивших на острове Ольхон незатушенные костры, возник мощный пожар, который уничтожил практически весь реликтовый лес на острове.

 

Объекты Всемирного природного наследиЯ ЮНЕСКО

«Западный Кавказ» (Кавказский заповедник, памЯтники

природы «Долина реки Руфабго», «Гранитное ущелье»,

«Верховье реки Цице»)

 

На туристических маршрутах в данных ОПТ учеными выявлено: «вытаптывание напочвенного покрова и подстилки на значительной площади вплоть до минеральной части, уплотнение верхних горизонтов почвы, полное уничтожение подроста и подлеска» (136), видовое разнообразие напочвенного покрова снижается во много раз, появляются стихийные свалки бытового мусора, все деревья на тропах и вдоль них имеют многочисленные механические повреждения. Количество туристов не регламентируется и не контролируется (136).

Тем не менее, в самом Кавказском заповеднике уже не менее 10% территории вовлечено в экологически вредную и морально необоснованную рекреационную деятельность (137).

 

Национальный парк СвЯтые горы

 

По мнению научных сотрудников национального парка «Святые горы», данный парк может принять в год при экологически допустимых нагрузках до 2 млн. туристов, а парку предлагают запроектировать 9 млн. посетителей, а существующие нагрузки превышают допустимые в 1,2–3,6 раз норму (90). В итоге горы мусора и кучи бутылок валяются даже в заповедной зоне парка. Желая защитить от экотуристов его гордость — 600-летний дуб, было проведено ограждение уникального дерева. Однако, экотуристы поломали часть забора, обломали нижнюю ветку дуба, разбили несколько корней. Нередки случаи сдирания коры с живого дерева в псевдомедицинских целях.

 

Национальный парк «Голосеевский»

 

В парке имеются конные и велосипедные маршруты, перепачканные лошадиным навозом и часто имеющие эрозию почвы.

 

Другие объекты ОПТ

 

От туристского «перевыгула» страдают не только национальные парки, но и другие ОПТ. Уникальный памятник природы местного значения — 1000-летний дуб Максима Зализняка в Чигиринском районе Черкасской области чуть было не засох от бесконечных посетителей, обхватывающих ствол и топтавших корневую систему.

В центре Киева возле развалин Десятинной церкви растет

350-летняя липа, памятник природы местного значения с 1972 г. Экскурсоводы во время экскурсий рассказывают посетителям о всяческих негуманных традициях — завязать узелок на ветке «на счастье», или, загадав желание, кинуть в дупло липы камень.

В результате все ветки векового дерева были обвязаны шнурами и тряпками, а из дупла, во время лечения липы, мы достали сотню камней.

Комплексный памятник природы общегосударственного значения «Скала Довбуша» в Ивано-Франковской области пользуется большой популярностью у пеших и конных туристов. В результате отмечено негативное влияние туризма на растительность и землю. Территория около скал в радиусе нескольких десятков метров полностью потеряла травянисто-кустарниковое покрытие (48).

Конечно, нельзя закрывать от людей национальные парки и другие, предназначенные для этого ОПТ, но их посещение должно быть ограничено. Посещать их должны люди подготовленные, избранные, возможно даже сдавшие что-то наподобие экологического минимума. А сам акт посещения национального парка должен быть почти священным. Напомню: марийцы заходят в свои священные рощи даже зимой по специальным коврам. Посещение национального парка — это как посещение концерта органной музыки, а вовсе не прокуренного кабака с зэковским шансоном.

Сохранению дикой природы в национальных парках должно быть отдано предпочтение перед туризмом. Однако на практике чаще всего получается иначе. Интересы природы учитываются редко или не учитываются вообще.

 

 

  1. Почему охотничий и рыболовный туризм недопустим

в национальных парках и других ОПТ

 

Охотничий и рыболовный туризм в России, Беларуси, странах Средней Азии на базе национальных парков и других ОПТ более низкого ранга считается вполне допустимым. Он разрешается национальным законодательством. Особенно спортивная охота и рыбалка на широкую ногу поставлена в Беларуси, где издается огромное количество рекламной продукции, и рекламные фильмы об охоте в национальных парках демонстрируются по центральному каналу белорусского телевидения (14).

В Украине охотничий туризм в национальных парках пропагандирует львовский охотовед В.Д. Бондаренко, в России — популяризировал московский охотовед В.В. Дежкин.

И это дает свои плоды: в национальном парке «Припятский» (Беларусь) действует 3 охотничьи базы и 46 охотничьих вышек (23). В национальном парке Беловежская пуща (Беларусь) создан охотничий вольер площадью 3 тыс. га, в год там охотятся более 500 охотников (71). На 130-ой Международной туристической выставке «Турбизнес–2006» в Минске национальный парк Беловежская пуща удостоен диплома за вклад в развитие охотничьего туризма.

В России в августе 2007 г. для князя Монако Альберта II была организована охота на изюбра в Байкало-Ленском заповеднике. Официальная организация охот в национальных парках является нонсенсом и дискредитирует сами национальные парки.

Проведенные социологические исследования в национальном парке Беловежская пуща показали, что у половины опрошенных местных жителей негативную реакцию вызывает выдача лицензий иностранным охотникам на отстрел диких животных. Они считают это узаконенной формой браконьерства. Практически все (90%) опрошенных работников самого национального парка придерживаются этого же мнения (133).

В классических национальных парках США и Канады никакой спортивной охоты нет (за исключением туземных малых народов, для которых охота является средством выживания и традиционным промыслом). Против нее еще в начале 1960-х годов резко высказался известный деятель заповедного дела США Старкер Леопольд: «… охота — это не соответствующий и не приемлемый метод для национальных парков и памятников» (39).

Запрещена охота в национальных парках Польши и Украины. Организация спортивной охоты всегда ведет к злоупотреблениям на ОПТ, постепенному превращению их в «царские угодья». Это — аксиома. В 2006 г. два шведских охотника во время охоты на кабана в национальном парке Беловежская пуща убили незаконно двух зубров. В 2007 г. прокуратура Витебской области возбудила уголовное дело в отношении директора Березинского заповедника. Он обвинялся в том, что разрешал проведение охот в заповеднике в запретное время (14).

«Я бы назвал все это одним словом — маразм. У эстетствующих убийц для охоты в национальном парке найдется, конечно, более благозвучное определение, что-то вроде «экологического туризма», «инвестиций в охрану природы», «устойчивого развития» и прочей наукообразной глупости. Называя вещи своими именами, сафари — это удар по национальным интересам экономически отсталых, но сохранивших свое природное наследие народов» — пишет д.б.н. А.А. Никольский (132).

Спортивная охота (особенно ее разновидность — трофейная охота) наносит огромный экологический ущерб популяциям диких животных. По данным московского зоолога, д.б.н. А. Данилкина: «Ежегодное изъятие 50–70 лучших самцов сибирского козла в национальном парке «Алтын-Эмель» (Казахстан» … привело к заметному снижению качества популяции — максимальная длина рогов уменьшается со 147 до 107–123 см, а средняя — со 114 до 100–103 см» (41).

В Березинском заповеднике с 1994 г. ведется коммерческий отстрел зубров. В результате половое отношение оказалось сильно нарушенным в пользу самок (8 самцов, 21 самки) (38).

Кроме этого, из-за спортивной охоты природные экосистемы национальных парков загрязняются свинцовой дробью, шум от охот пугает животных, мешает им кормиться и отдыхать. По мнению Г.А. Козулько, ведение охотничьего хозяйства в Беловежской пуще способствовало появлению массовых вспышек древесных вредителей в конце 20 века (цит. по: 1).

Председатель Комиссии по заповедникам АН СССР, академик В.Е. Соколов с соавторами предостерегают от создания охотничьего хозяйства даже в охранных зонах заповедников. По его мнению, интенсивная охота на соседних территориях вынуждает животных искать убежища в заповеднике, что увеличивает их численность и наносит вред заповедным экосистемам (53).

Примерно подобный экологический вред экосистемам национальных парков наносит и спортивная рыбалка. Это — загрязнение водоемов свинцовыми грузилами и леской, мусором от туристов, селективное уничтожение лучших экземпляров тайменя (как в Олекминском заповеднике России) и другой «трофейной» рыбы. Что касается тайменя — это вообще нонсенс, ибо он является одним из кандидатов в Красную книгу (118).

Антиморальные и антиэкологические рыболовно-спортивные туры процветают также в других российских заповедниках: Саяно-Шушенском, Путоранском, а также в Крымском заповеднике.

Спортивная охота и рыбалка в национальных парках никак не способствуют экологическому и экоэтическому воспитанию посетителей. Люди, убивающие животных ради развлечения, воспитываются в потребительском, циничном отношении к дикой природе.

Национальные парки, также как заповедники и другие ОПТ — это места, где должен царить дух благоговения перед природой. Вместо этого над нами витает жуткий дух убийств диких животных. По мнению д.б.н. А.А. Никольского, «именно заповедники и национальные парки первыми должны подать пример этического самоотречения, так как они являются тем местом, где любая жизнь имеет особый статус» (127).

Именно исходя из этих причин, по предложению и содействию автора этой книги, Законом Украины № 1826–VI от 21.01.2010 «О внесении изменений в Закон Украины «О природно-заповедном фонде Украины» любая охота, в том числе и охотничий туризм, запрещены в национальных парках и биосферных заповедниках Украины (148).

 

Более подробно об экологическом  вреде экотуризма и экскурсий в заповедниках и других обьектах ПЗФ в книге В.Е.Борейко  ” Троянский конь экотуризма=смерть для заповедной природы”  http://ecoethics.ru/troyanskiy-kon/

 

Пресс-служба КЭКЦ

 


Залишити коментар