Проблема правового регулирования доступа в лес и пути её решения. Точка зрения лесовода.

Размещаю этот текст лично для Светланы Исаченко… Это фрагмент внутреннего обсуждения работы Олега Сторчоуса – одного из экспертов в лесной команде Всемирного Банка. В своем комментарии я возможно выхожу за рамки темы (обеспечения доступа в лес) и затрагиваю проблему законодательного регулирования  пользования, в  которых Светлана разбирается лучше всех остальных журналистов и подавляющего большинства лесников и юристов Украины. Несмотря на это я на стороне Бренча и считаю, что украинские законотворцы образца 2006 года ничего хорошего отрасли не принесли. Чем скорее сделать ревизию их законодательных  новшеств, тем лучше будет для леса и лесного хозяйства… Учитывайте, что приведенный ниже текст минимум 2-летней давности… М.П.

Теория и практика регулирования «общего пользования лесами» и «доступа в лес»

Конституция  защищает права граждан Украины на пользование окружающей средой (Природой) и её ресурсами, к числу которых относится лес.  Однако она не содержит норм, регулирующих это право, которые должны быть приведены в соответствующем законодательстве («Земля, ее недра, атмосферный воздух, водные и иные природные ресурсы, находящиеся в пределах территории Украины…. являются объектами права собственности Украинского народа… Каждый гражданин имеет право пользоваться природными объектами права собственности народа в соответствии с законом.» /Конституция Украины, ст. 13/). В этой связи, значимость законодательства, регулирующего пользование природными ресурсами, в частности Лесного Кодекса (ЛК) многократно возрастает.

Базовые положения, обеспечивающие конституционное право граждан на использование природных ресурсов, содержит  Закон Украины «Об охране окружающей природной среды»[1], гарантирующий «право загального використання природних ресурсів для задоволення життєво необхідних потреб (естетичних, оздоровчих, рекреаційних, матеріальних тощо) безоплатно, без закріплення цих ресурсів за окремими особами і надання відповідних дозволів, за винятком обмежень, передбачених законодавством України.» (ст.38). Закон по разному определяет перечень природных ресурсов, пользование которыми подлежит регулированию. В статье 5 к их числу отнесены земля, недра, воды, атмосферный воздух, лес и другая растительность, животный мир, ландшафты, а также другие природные комплексы. В статье 39 перечень природных ресурсов уже иной. В частности, к ресурсам государственного значения  отнесены:

«а) територіальні та внутрішні морські води;

б) природні ресурси континентального шельфу та виключної (морської) економічної зони;

в) атмосферне повітря;

г) підземні води;

д) поверхневі води, що знаходяться або використовуються на території більш як однієї області;

е) лісові ресурси державного значення;

є) природні ресурси в межах територій та об’єктів природно-заповідного фонду загальнодержавного значення;

ж) дикі тварини, які перебувають у стані природної волі в межах території України…

з) корисні копалини, за винятком загальнопоширених.»

Важно отметить, что в базовом законе, вводящем в правовое поле понятие «общего пользования»:

  • «леса», как природный ресурс, называют и просто «лесом», и «лесными ресурсами» используя эти термины, как синонимы;
  • землю, леса и диких животных, рассматривает, как отдельные объекты правового регулирования, на которые распространяется «право общего пользования».

Лесной Кодекс значимо меняет систему базовых понятий. Во-первых, понятие «лес» юридически отделяется  от понятия «лесные ресурсы», для чего каждому из них дается отдельное определение.  При этом на уровне здравого смысла остается очевидным, что пользоваться лесными ресурсами, будь то грибы или «полезные свойства леса» не возможно не пользуясь  лесом в целом. Очевидно и то, что неотъемлемой частью любого лесопользования является пребывание в лесу.

ЛК разделяет право пользования лесами и право пользования лесными ресурсами. При  этом, вопреки Конституции и закону «Об охране окружающей природной среды», кодекс не предусматривает права «общего пользования лесами», как комплексным природным ресурсом. В главе 2 ЛК приводится лишь два вида пользования лесами: постоянное и временное. В этой же главе приведена статья 23 регулирующее лесные сервитуты – как право пользования земельным лесным участком. В ней неожиданно смотрится указание на то,  что «граждане имеют право свободно находиться в лесах государственной и коммунальной собственности, если иное не предусмотрено законом». Таким образом, право пребывать в лесу отнесено не праву общего пользования природными ресурсами, а некому всеобщему сервитуту, дающему гражданам Украины право «бесплатно пользоваться чужим (то есть государственным, коммунальным или «народным»???)  земельным, лесным участком».

Понятие «общего пользования» в ЛК используется  только по отношению к лесным ресурсам (ст.66) в смысле ЛК (ягоды, грибы… + невесомые полезности лес). При этом частью общего пользования лесными ресурсами является право граждан свободно находиться в лесах государственной и коммунальной собственности.

Таким образом, любое пребывания в лесу, в соответствии с буквой ЛКУ является с одной стороны сервитутом,  дающим право бесплатно  пользоваться чужим земельным участком (ст.23), а с другой видом общего пользования лесными ресурсами(ст. 66) ???

Существует два разных подхода к регулированию доступа в лес:

  • прямое регулирование доступа в лес или пребывания в лесу путем внесения соответствующих статей в лесное законодательство;
  • косвенное регулирование, через введение законодательных ограничений на право пользования.

То или иное регулирование права «доступа в лес», в большинстве густонаселенных государств  является абсолютно необходимым, так как в современных условиях «право свободно находиться в лесах» сплошь и рядом конфликтует с требованием «устойчивого ведения лесного хозяйства в интересах настоящего и будущих поколений».

В лесном законодательстве европейских стран  понятия «общее пользование лесами (лесными ресурсами)», «доступ в лес», «пребывание в лесу» используются, как взаимозаменяемые.  Первое из них  характерно для современных законов, регулирующих пользование природными ресурсами и охрану окружающей среды, второе  – традиционно используется в законах о лесе. В Украине выбор  понятия «общее пользование лесными ресурсами»  обусловлен тем простым фактом, что Закон об охране окружающей природной среды» (1991) принят значительно раньше, чем Лесной Кодекс (1994) и в части, касающейся регулирования пользования, послужил его прототипом.  Единственным значимым отличием является то, что в случае использования понятия «общее пользование» явно указывают правообладателя («Громадяни мають право…»ст.66, ЛКУ), а при использовании понятия «доступ в лес» без этого можно обойтись («Леса, находящиеся в собственности казны, доступны для населения» ст.26 Устав о лесах. Польша). На уровне здравого смысла, очевидно, как то, что население состоит из отдельных граждан, так и то, что, регулируя «общее пользование», законодатели неизбежно регулируют «доступ в лес» («пребывание в лесу») и наоборот. Регулирующий эффект зависит не от выбора понятия, а от качества проработки законодательных норм и способности обеспечить их соблюдение.

ЛКУ не содержит положений, прямо регулирующих доступ в лес, хотя и разрешает в нем «вільно перебувати». Однако, прежде чем где-либо свободно находиться, надо туда попасть, а следовательно прямо или косвенно доступ в лес должен регулироваться. В этой связи возникает необходимость уточнения многих статей ЛК, имеющих то или иное, часто косвенное, отношение к рассматриваемой проблеме. Большинство из них касаются пользования земельными участками лесного фонда, лесами и лесными ресурсами, а также полномочий по управлению лесами. При их ревизии  необходимо:

  • дифференцированно подходить к регулированию доступа в леса публичной и частной собственности;
  • однозначно определить перечень ограничений доступа в лес
  • указать полномочия органов, имеющих право ограничивать доступ в лес, а также правила, на основании которых они эти полномочия реализовывают;
  • определить обязательства связанные с обеспечением реализации конституционного права на общее пользование природными ресурсами;

Коротко остановимся на каждом из пунктов.

  1. Дифференциация подходов к доступу в публичный и частный лес

В статье 66 ЛКУ указано, что при согласии собственника граждане могут пребывать в частных лесах, однако ничего не говорится о том, как получить искомое согласие. О праве собственника ограничить доступ на свою территорию вообще не упоминается. В европейской традиции разрешать доступ в леса, при условии соблюдения набора требований (не вреди, соблюдай, помогай…) в том случае, если леса  не огорожены и доступ в них не запрещен соответствующими предупреждающими надписями. Думаю в Украине частным собственникам необходимо предоставить такую или подобную (вариантов много) возможность для ограничения доступа на свои земли, занятые лесом. В любом случае важно подчеркнуть, возможность «общего пользования» частным лесом зависит только от желания его собственника. На выбор этого решения значимо влияет уровень социально-экономического развития общества: чем оно беднее и коррумпированней, тем больше тяга к высоким заборам у  собственников.

  1. Ограничения доступа в лес

Доступ в лес является одним из вариантов реализации конституционного права пользования природными объектами. В демократических государствах ограничения конституционных прав вводятся только законами и только для строго определенных целей, в частности,  для  защиты безопасности государства, общественного порядка, защиты окружающей среды, здоровья и общественной морали. Следуя этой традиции, Конституция Украины также указывает на то, что граждане могут реализовать свое право пользования природными объектами только в соответствии законами, которые могут это права ограничить. Ограничение доступа в лес (общего пользования лесами) является абсолютно необходимым,  прежде всего с целью защиты самого леса, который является важнейшей составляющей окружающей среды.

Важно подчеркнуть, что конституционные права могут ограничиваться исключительно законами. Поэтому положение ст.66  ЛКУ, разрешающее общее пользование лесными ресурсами  ВСЕГДА, «крім випадків передбачених цим Кодексом іншими законодавчими актами України» является ошибкой, так как позволяет ограничивать доступ в лес в обход законов, на основании нормативов, распоряжения, приказов и т.п. Следует подчеркнуть  то, что в самом Лесном Кодексе (ст.88)  приведено только два случая «обмеження на відвідування лісів населенням»: «на період пожежної небезпеки та під час проведення заходів боротьби зі шкідниками».

Лесные законы всех стран, так или иначе, ограничивают доступ в лес. В самом общем виде  ограничения доступа можно разделить на постоянные или временные. Первые определены законом  и действуют автоматически, вторые вводятся органами власти или лесными менеджерами на ограниченный  срок.

Постоянные ограничения доступа в лес можно разделить на 4 группы:

  1. запреты на посещение определенных лесных участков
  2. запрет или ограничение  определенных действий
  3. ограничение передвижений в лесу
  4. регулирования доступа в лес со специальными целями

В публичных лесах европейских стран обычно запрещают доступ в:

  • молодняки высотою до 4-5 м;
  • экспериментальные участки и семенные плантации;
  • места дичеразведения;
  • истоки  рек и ручьев;
  • участки, с высоким риском  эрозии.
  • В условиях Украины к этому перечню следует добавить территории загрязненные радионуклидами.

Некоторые из перечисленных объектов (молодняки, экспериментальные участки, плантации, участки дичеразведения) в европейских странах огораживают. В этих случаях законодательный запрет доступа одновременно является профилактической мерой, снижающей риск повреждение ограждений.

Запреты или ограничения определенных действий могут приводиться либо в виде правил поведения в лесу, либо в виде простого перечня запрещенных действий, либо совмещая оба варианта. Примером первого типа, являются ниже приведенные положения Лесного закона Эстонии (ст.32).

«Статья 32. Ограничения права лесопользования

…..

1) в лесах разрешается находиться, а также заготавливать ягоды, грибы, орехи, декоративные ветки, лекарственные и декоративные растения или их части, не нанося необоснованного вреда интересам собственников лесов, жизнедеятельности экосистемы и не причиняя беспокойства дичи, охраняемым животным в период их размножения и другим находящимся в лесах лицам, не оставляя в лесах не органического  мусора, а также соблюдая правила пожарной безопасности и требования собственников или лиц, ведущих лесное хозяйство в государственных лесах;

2) разбивать палатки и разжигать костры можно только в подготовленных для этого местах или с разрешения собственников лесов либо лиц, ведущих лесное хозяйство в государственных лесах;

3) в лесах можно передвигаться с собаками, держа их на поводке, исключение из этого требования составляют служебные собаки при исполнении служебного задания и охотничьи собаки на охоте.»

В Лесном Законе Латвии аналогичные положение изложены иначе.

Раздел II. Право на пребывание в лесу

Статья 5.

(1) физические лица имеют право пребывать и свободно перемещаться в государственном лесу и лесу самоуправления, если нормативными актами не установлено иное. Транспортные средства разрешается использовать только для перемещения по лесным дорогам, за исключением случаев, когда перемещение разрешено также по лесу в целях ведения лесного хозяйства и охраны леса.

(2) Пребывание и свободное перемещение физических лиц в другом лесу может быть ограничено его собственником или правовым владельцем.

(3) Самоуправление по предложению Государственной службы леса или органа по охране среды в интересах пожарной безопасности леса, а также в интересах особо охраняемых территорий, охраны лесных растений и животных может ограничить право физических лиц на пребывание и свободное перемещение в лесу.

(4) Если право физического лица на пребывание и свободное перемещение в лесу ограничено, собственник или правовой владелец леса обязан ограничить соответствующую территорию хорошо заметными предупредительными надписями.

(5) Государственные должностные лица при исполнении служебных обязанностей и лица, выполняющие инвентаризацию и мониторинг леса, при исполнении рабочих обязанностей имеют право без ограничений перемещаться по лесу, в случае необходимости предъявляя служебное или рабочее удостоверение или регистрационный документ лица, выполняющего инвентаризацию и мониторинг леса.

 (6) Ограничение на пребывание и свободное перемещение в лесу имеет силу лишь в том случае, если выполнено установленное частью четвертой настоящей статьи требование.

Статья 6.

Обязанностью находящегося в лесу лица является соблюдение правил пожарной безопасности леса, ненанесение повреждения лесной почве и инфраструктуре леса, незагрязнение отходами леса, соблюдение установленного порядка при пользовании местами отдыха, неразрушение птичьих гнезд и муравейников и ненанесение вреда иным образом лесным растениям и животным, а также незахождение на установленные частями второй и третьей статьи 5 настоящего Закона территории.

В прямые перечни обычно включают запреты на:

  • загрязнение почвы и воды;
  • захламление;
  • копание почвы;
  • удаление верхнего слоя почвы
  • уничтожение грибов и их мицелия;
  • уничтожение или повреждение деревьев, кустарников или других растений;
  • уничтожение объектов инфраструктуры, аншлагов и опознавательных знаков;
  • сбор грибов, ягод, лекарственных растений и т.п. в местах, отмеченных объявлениями о запрете данных видов пользования или в чрезмерных объемах;
  • выпаса скота;
  • установка кемпингов, палаток, домиков, заборов и иных временных сооружений в местах не согласованных с владельцами леса или лесными менеджерами;
  • уничтожение яиц и птенцов, разорение гнезд, нор, и иных убежищ для животных;
  • беспокойство, преследование, ловля и убийство диких животных;
  • проникновение на территорию огороженных участков и участков, отмеченных знаками запрещающими доступ
  • выгул собак без поводка;
  • нарушение тишины и покоя, использование звуковых сигналов, за исключением сигналов тревоги;
  • разжигание костров за пределами отведенных для этой цели мест;
  • использование открытого пламени и курение при повышенной пожарной опасности.

В лесных законах многих стран содержатся нормы, касающиеся передвижения по лесам. Без ограничения оно возможно по дорогам общего пользования и лесным дорогам, обозначенным соответствующими знаками.  Обычно,  езду по бездорожью на внедорожниках, квадроциклах и подобной технике, а также передвижение верхом на лошадях разрешают только по определенным маршрутам. В странах с большой плотностью населения иногда вводят правила, касающиеся парковки транспорта на лесных дорогах.

В некоторых странах оговаривают особенности осуществления специальных видов общего пользования, к примеру,  размещение пасек или проведение соревнований и иных массовых мероприятий. Существует свободная и бесплатная возможность пребывания в лесу с этими целями, но при этом закон требует выполнения определенных условий, которые обычно просты и сводятся  к предупреждению лесовладельца или лесного менеджера.

Временные ограничения доступа вводятся на короткий отрезок времени, обычно в связи с высоким риском возникновения лесных пожаров. Существовать и иные причины, которые могут потребовать ограничение доступа в лес. Некоторые из них ещё недавно трудно было  представить… К примеру:

  • опасность для жизни человека по естественным (высокая вероятность наводнений, схода лавин) или антропогенным (локальные техногенные катастрофы, побег преступников, минирование лесов), причинам;
  • интересы государства (военные учения, установление особого режима в приграничной зоне)
  • локальный запрет доступа на участки, где проводятся рубки или ведется химическая борьба с вредителями

Принцип действий во всех случаях одинаков:

  • уполномоченные органы власти предупреждают население о вводе запрета
  • владельцы лесов или лесные менеджеры закрывают лесные дороги шлагбаумами.

Во многих странах, существует законодательное требование к владельцам, пользователям и менеджером лесов  размешать аншлаги с указанием причины и сроков запрета. Если шлагбаумы на лесных дорогах открыты и нет сообщений, предупреждающих о запрете доступа в лес, то его посещение является законным, даже в том случае если СМИ объявили о высокой пожарной опасности.

Методика обоснования ввода временных ограничений по причине должна быть научно обоснована и утверждена законодательно. Безусловно, нельзя допускать огульного запрета доступа в лес  на всей территории таких больших стран, как Украина , без учета региональных погодных условий и метеопрогноза.

  1. Полномочия по ограничению доступа в лес

В подавляющем большинстве стран ограничение доступа в лес в связи с высокой пожарной опасностью устанавливают местные органы исполнительной власти. В условиях Украины, на областном уровне эту обязанность  логично возложить на территориальные управления МЧС.

Установление локальных ограничений, связанных с лесными работами, входит в обязанность «лесников» – владельцев (постоянных пользователей) лесов или лесных менеджеров. Следует подчеркнуть, что временное ограничение доступа в лес, – это не право, которое можно реализовать или не реализовать, исходя из собственного понимания ситуации, а обязанность выполнить предписания закона при возникновении определенной ситуации.

  1. Обязательства государства, связанные с обеспечением доступа в лес

Очевидно, что право свободного доступа в публичный лес является неотъемлемой частью права общего пользования лесами (трактовка Конституции) и общего пользования лесными ресурсам (трактовка ЛК). Реализация этого права возможна только при наличии физической возможности попасть в лес. В частности, для этого необходима развитая лесная  инфраструктуры, создание  которой следует рассматривать с одной стороны, как важнейший фактор обеспечения устойчивого, многоцелевого лесопользования, а с другой, как стратегическую инвестицию, значительно удорожающую стоимость земли и леса, как государственного имущества. В данном контексте под лесной инфраструктурой понимаются не только лесовозные дороги, но и велосипедные дорожки,  пешеходные тропы, кемпинги, лесные гостиницы и хижины, причалы и рекреационные пункты… Обеспечение её создания –  задача государства, как собственника земель и гаранта эколого-социальной  стабильности общества. В этой связи, в рамках общей проблемы обеспечения доступа в лес, не следует упускать из вида  вопросы, связанные с обеспечением транспортной доступности лесов.

Ведущие европейские страны, добившиеся успеха в создании лесной инфраструктуры (Австрия, Швейцария, Германия  и другие), уделяли данной проблеме особое внимание, обеспечивая её решение и законодательно, и финансово. Сейчас их примеру следует Румыния, где принят закон «О доступности национальных лесов» (№. 56/2010, от 23 марта 2010 года), согласно которому часть дохода от реализации древесины направляется в «Фонд доступности лесов» и используется исключительно на строительство и реконструкцию объектов лесной инфраструктуры. При этом приняты действенные меры, препятствующие уклонению от платежей, нецелевому использованию средств и нарушению планов, определяющих размещение и очередность выполнения работ.  Подобным образом следует действовать и в Украине.

Безусловной данный аспект проблемы «доступа в лес» требует отдельного правового регулирования  и лежит в стороне от рассматриваемой темы. Однако для Украины, особенно карпатского региона и зеленых зон мегаполисов с миллионным населением, он весьма  актуален, поэтому мы решили о нем напомнить.

Регулирование пользование  землями лесного фонда, лесами,  лесными ресурсами и доступ в лес в лесном законодательстве Украины: состояние и перспективыПользование «лесами», во всем их правовом многообразии, – один из самых сложных и запутанных вопросов ресурсного права. Он влияет на обеспечение доступа в лес, но сама по себе значительно шире. Понимая это, мы все-таки решили бегло проанализировать проблему в целом, хотя бы для того, чтобы понять стоит ли совершенствовать действующую систему законодательного регулирования  пользования  или разумнее  «сравнять её с землей» и создать заново.

Фактом является то, что разные виды природных ресурсов (земля, лес, водные объекты, недра, объекты животного мира) часто привязаны к одной территории, к примеру, лесному фонда, объединяющему все леса и сопутствующие территории, на землях вех категорий. Теоретически, законодательно регулируя любое «пользование» в лесном фонде необходимо:

  • учитывать целевое назначение земель и лесов разных целевых категорий;
  • стремиться к созданию простой и не противоречивой системе лесопользования
  • Пользование землями и лесами разного целевого назначения. Необходимо подчеркнуть то, что правовое регулирование пользования землями ПРЯМО ЗАВИСИТ  категорий земель, тогда как правовое регулирование пользования лесами  НИКАК НЕ СВЯЗАНО с категориями лесов. Ситуация многократно осложняется тем, что:
  • целевое назначение земель и лесов не совпадают
  • деление лесов по категориям земель при учете лесов, планировании и организации лесного хозяйства не используется.

Согласно статьи 55 ЗКУ «До земель лісогосподарського призначення належать землі, вкриті лісовою рослинністю, а також не вкриті лісовою рослинністю, нелісові землі, які надані та використовуються для потреб лісового господарства». Таким образом, почти все земли находящиеся в постоянном пользовании лесохозяйственных предприятий, в том числе покрытые лесом земли зеленых зон, берегов рек, заказников и заповедных урочищ относятся к ЗЕМЛЯМ ЛЕСОХОЗЯЙСТВЕННОГО ЗНАЧЕНИЯ, на использование которых законы не накладывают никаких ограничений. Рассмотрим следствия этого на примере нескольких реальных ситуаций.

ЗКУ Украины накладывает жесткие ограничения на использование земель водного фонда, в том числе прибрежных полос, где запрещаются многие виды деятельности (ст.61-62). Согласно ст.58 ЗКУ «До земель водного фонду належать землі, зайняті: …. прибережними захисними смугами вздовж морів, річок та навколо водойм, крім земель, зайнятих лісами. В этой связи, прибрежные полосы, занятые лесом, учитываются как земли лесохозяйственного значения, на которые никакие ограничения не распространяются. Правильно ли это?

ЗКУ не предусматривает возможность передачи земель природно-заповедного фонда в аренду. Однако отнесение территории заказников и заповедных урочищ к землям лесохозяйственного значения дает законную  возможность передачи их в   долгосрочное пользование для ведения охотничьего хозяйства, что часто противоречит не только букве закона, но и здравому смыслу. Закон о природно-заповедном фонде ограничивает или запрещает охоту в заказниках, но леса заказников, расположенных на землях лесохозяйственного значения (их большинство) можно законно передавать в долгосрочное пользование для ведения охотничьего хозяйства. Где логика?

 На земли ряда категорий, в частности оздоровительного и рекреационного значения, запрещается любая деятельность противоречащая их целевому назначению. Отнеся территорию лесопарков, зеленых и курортных зон, находящуюся в постоянном пользовании лесных предприятий, к землям лесохозяйственного значения, законодатель создал потенциальную возможность передавать рекреационные леса  в долгосрочное пользование  для ведения охотничьего хозяйства. Подобная деятельность  не уместна в зонах массовой рекреации, в том числе потому, что всегда сопряжена с ограничением доступа в лес. Как оценивать подобную ситуацию?

Согласно статьи 18 ЛКУ, «об’єктом тимчасового користування можуть бути ВСІ ліси, що перебувають у державній, комунальній або приватній власності», без каких-либо ограничений. На наш взгляд это базовое положение ошибочно.  Здравый смысл подсказывает, что пользование лесами, также как землями, следует ограничивать в зависимости от их целевого назначения. Другой путь решения проблемы, – обеспечения однозначного соответствия целевого назначения лесов и земель. Без этого,  адресованное постоянным и временным пользователям требование «дотримуватися встановленого законодавством режиму використання земель» (ст19-20 ЛКУ), воспринимается как глупость или издевательство.

Пользование землями лесного фонда,  лесами и лесными ресурсами.   Какие виды пользования возможны на территории лесного фонда? Большинство конфликтов по поводу ограничения доступа в лес, связанно с деятельностью постоянных и долгосрочных временных пользователей, которые часто ощущают себя полноправными собственниками лесов. Поэтому при рассмотрении проблем пользования можно было бы ими и ограничиться. Однако закон должен по возможности учитывать все возможные ситуации, поэтому круг субъектов права пользования теоретически следует расширить.  Помимо прочего, это позволит объемнее представить круг накопившихся проблем.

В состав земельных участков лесного фонда входит не менее 500 тыс. га земель с.-х. назначения, из них около 400 тыс. га полезащитных лесных полос. Согласно ЗКУ эти земли могут быть арендованы, в связи с чем, к «временным пользователям лесов», добавляются потенциальные «временные пользователи земель», другими словами – арендаторы. Более того, создается впечатление что, законодательство допускает возможность одновременной сдачи лесных полос в аренду (ЗКУ) и долгосрочное пользование лесами (ЛКУ) ???

В Украине, в том числе среди юристов, трактующих лесное законодательство, распространено мнение о том, что аренда лесных земель не возможна. Оно основано на том, факте, что в главе 11 ЗКУ (Земли лесохозяйственного значения) и ЛКУ аренда лесов не упоминается. Однако до 2006 года аренда земель лесного фонда о существовала и де-юре и де-факто. Нам не удалось найти ни одного документа прямо её запрещающего, в связи с чем, исходя из принципа «всё не запрещенное дозволено» можно предположить, что возможность аренды земель лесохозяйственного значения теоретически всё-таки существует. Позиция по этому поводу авторитетных арбитров, к примеру,-  Верховного суда, нам не известна, поэтому сомнения остаются.

Кроме арендаторов, к числу пользователей следует добавить и держателей земельных и лесных сервитутов. Хотя в принципе, лесной сервитут, в трактовке ЛКУ – это непонятное, чтобы н сказать уродливое,  ответвление  земельного сервитута.

Нельзя забывать и об охотничьей фауне, которая является природным ресурсом государственного значения. Пользование этим ресурсом  осуществляется посредством договорного пользования охотничьими угодьями. Согласно определения ЗУ Об охотничьем хозяйстве и охоте «мисливські угіддя – ділянки суші та водного простору, на яких перебувають  мисливські  тварини і які можуть бути використані для ведення мисливського господарства». Пользование охотничьими  угодьями является долгосрочным и платным, но это не аренда (около трети угодий приходится на леса, которые в Украине не арендуются) и не долгосрочное пользование лесами (две трети угодий – земли с.-х. значения, водного фонда и иных категорий, которые к лесам не относятся).

Ниже приведена схема,  иллюстрирующая систему пользования государственными землями лесного фонда, лесами и лесными ресурсами в государственных лесах, составленная в соответствии с  буквой действующего лесного законодательства. Мы намеренно не включили в нее виды пользование регулируемые земельным правом (аренду земель и земельные сервитуты) и законом «Об охотничьем хозяйстве и охоте» (пользование охотничьими угодьями).

На ниже следующей схеме  приведены следующие сокращения:

ПП – постоянный пользователь

ВДП – временный долгосрочный пользователь

ВКП – временный краткосрочный пользователь

ОИВ – орган исполнительной власти

ГП – главное пользование

ЛКУ –Лесной Кодекс Украины

Рис.1. Схема пользование  землями лесного фонда, лесами и лесными ресурсами  в государственных лесах согласно букве лесного права

Уже при беглом взгляде на схему бросаются в глаза следующие обстоятельства:

  • Правовой институт «постоянных пользователей лесами» является «условным». Положение статьи 17 ЛКУ о том что «Ліси надаються в постійне користування на підставі рішення органів виконавчої влади…и т.д» никогда и нигде не выполнялось. Никто никому леса в постоянное пользование не передавал. Постоянные пользователи получили их в качестве «принадлежности земли». Самостоятельного правового значения статус «постоянный пользователь лесов» не имеет. Это лишь «бесплатное приложение» к статусу постоянного пользователя земельных участков;
  • Все виды пользования лесами, приведенные в главе 2 ЛКУ являются фиктивными:
    1. В законодательном поле не существует долгосрочного временного пользования лесами для ведения охотничьего хозяйства. По закону «Об охотничьем хозяйстве» и охоте охотничье хозяйство ведется на основе договоров пользования охотничьими угодьями. Лесное законодательство такого ресурса не знает.
    2. Не существует долгосрочного временного пользования лесами для «культурно-оздоровчих, рекреаційних, спортивних, туристичних і освітньо-виховних цілей, проведення науково-дослідних робіт» /ст.18/. Вместо этого существует пользование полезными свойствами лесов, как составная часть специального пользования лесными ресурсами;

Справедливости ради надо отменить, что «ПРАВИЛА використання корисних властивостей лісів» предусматривают  договорное, долгосрочное пользование  «полезностями лесов», которое не предусмотрено ни  ЛКУ, – в части регулирования специального пользования ресурсами, ни   правилами специального пользования лесными ресурсами. Однако, если признать что постоянные пользователи  согласно обсуждаемых правил, могут передавать в долгосрочное пользование для использования полезных свойств леса сами леса, то следует согласиться и с тем, что это незаконно, так как противоречит вышестоящему законодательству (ст.18 ЛКУ дает им право лишь согласовывать долгосрочное пользование лесами) и грубо нарушает базовые основы украинского лесного права, которое не предоставляет постоянным пользователям право распоряжаться лесами. Создается впечатление, что в данном случае понятия «леса» и «лесные ресурсы» рассматриваются, как синонимы. Однако они явно определены (ЛКУ ст.1 и ст.6) и не тождественны.

Кроме того, надо заменить, что ЛК и Правила специального пользования  вообще не предусматривают возможность осуществления специального пользования на договорной основе. Его вводят Правила использования полезных свойств леса, являющиеся нормативом третьего уровня, которые в принципе не должны противоречить закону.

  1. Не существует временного краткосрочного пользования лесами для побочного пользования и заготовки второстепенных лесных материалов. Есть аналогичное по смыслу и содержанию специальное пользование лесными ресурсами;
  2. Лесные сервитуты, которые, помимо прочего, согласно букве статьи 23 ЛКУ, позволяют гражданам право свободно находиться в лесах, не нашли практического применения. Право пребывать в лесах всем жителям Украины гарантировала  Конституция. Его называют «правом общего пользования» и оно урегулировано  Законом об охране окружающей природной среды и  ЛКУ, хотя качество регулирования оставляет желать лучшего.

В целом создается впечатление, что блок лесного законодательства, регулирующий постоянное и временное пользование лесами (гл.2 ЛКУ) не нужен и фактически не используется. В реальной жизни пользование базируется на положениях блока законодательства, который регулирует специальное использование лесными ресурсами. Он также весьма далек от совершенства. И дело не только в коллизиях, связанных с запаздыванием обновления нормативов, после  поправок, внесенных в ЛКУ в последние годы. Вопросы вызывает правовой фундамент, на котором базируется право специального пользования  лесными ресурсами:

  1. Лесное законодательство делегирует постоянным пользователям государственных лесов право давать разрешения (в виде лесорубочных и лесных билетов) и заключать долгосрочные договора дающие доступ к специальному пользованию лесными ресурсами, в том числе полезными свойствами растущего леса и основному объему древесины (кроме древесины, заготавливаемой при главном пользовании). Очевидно, выдавать  разрешения и заключать договора на пользование  государственными ресурсами могут только субъекты, имеющие право распоряжения ими. Постоянные пользователи такого права лишены. Органы власти и местного самоуправления лишены права делегировать свои полномочия по распоряжению лесами третьим лицам. На каком основании государственные лесные предприятия (постоянные пользователи) распоряжаются лесными ресурсами и разрешают пользоваться ими, в том числе и самим себе?  Правильно ли это с позиций права?
  2. Благодаря законотворчеству специалистов Гослесагентства (ранее Госкомлесхоза) украинское законодательство обогатилось понятиями «долгосрочное пользование лесами» и «долгосрочное пользование охотничьими угодьями». Насколько эти понятия правомерны с точки зрения земельного права? Как эти виды пользования «территориями» соотносятся с пользованием землей? Должны ли они учитываться, как «правовые отягощения» при ведении земельного кадастра?
  3. Хозяйственное право предполагает, что юридические лица самостоятельно заключают договора, распоряжаясь тем, что им принадлежит. Заключая договора на пользования  «лесами», «охотничьими угодьями», «полезными свойствами лесов» государственные лесные предприятия, во-первых распоряжаются тем, что им не принадлежит, а во вторых действуют не самостоятельно, а по распоряжениям органов власти. Отличаются ли «договора по распоряжению» от обычных договоров и кто несет ответственность за их выполнение? Тот, кто распорядился или тот, кто заключил договор? Могут ли подобные договора  заключать государственные структуры, действующие на основе частного права, например лесные компании?

Многим кажется, что перечисленные и многие другие проблемы и вопросы можно бесконечно долго не замечать, не слышать и  «забалтывать». Однако сейчас, в связи с анонсированной реформой, они переходят в практическую плоскость и «отмахнуться» от их обсуждения становится всё труднее. Дело в том, что украинский и европейский подходы к регулированию управления и пользования лесами кардинально отличаются. В частности, в странах ЕС:

  • лес признается имуществом и учитывается в виде биологических активов на балансах собственников;
  • у леса находящегося в общегосударственной собственности имеется только один распорядитель;
  • многие государства для управления лесами создают лесные службы, делегируя им права распоряжаться лесами, в том числе и от имени собственника, торговать государственной древесиной. Такие службы выполняют роль государственных менеджеров, но нигде и никогда они не получают « власності на заготовлену ними продукцію та доходи від її реалізації»;
  • и т.д.

В Украине всё иначе. В этой связи возникает  вопрос:

МОЖНО ЛИ ПОСТРОИТЬ ЭФФЕКТИВНУЮ, ЕВРОПЕЙСКУЮ МОДЕЛЬ УПРАВЛЕНИЯ ЛЕСАМИ И ВЕДЕНИЯ ЛЕСНОГО ХОЗЯЙСТВА НА ОСНОВЕ ДЕЙСВУЮЩЕГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА УКРАИНЫ ИЛИ ЕГО НАДО КАРДИНАЛЬНО МЕНЯТЬ?

Ответ на него определяет направление приложения сил законодателей  и юристов.

Безусловно, есть такие хорошо структурированные, локальные проблемы, законодательное регулирование которых можно кардинально улучшить,  не дожидаясь общего пересмотра лесного права. К их числу относится проблема доступа в лес, которая хотя и относится к блоку регулирования пользования лесами, достаточно автономна и относительно проста.

Предложения по совершенствованию лесного кодекса в части регулирования доступа в лес.

            Ниже, по номерами  приведены основные предложения, а ниже – курсивом краткие пояснения к ним.

1.Убрать статью 23 ЛКУ «Лесные сервитуты»

Статья не несет никакой правовой нагрузки. Регулирования права свободного пребывания в лесу, как «всенародного сервитута»-  глупость.

  1. Включить в ЛКУ отдельную статью «Право пребывания в лесу» в которой привести:
  • особенности регулирования пребывания в лесах публичной и частной собственности
  • перечень постоянных запретов
  • запреты на действия в ходе пребывания в лесу
  • ограничения на передвижения
  • порядок ввода в действие временных запретов в период пожарной опасности

ЛКУ содержит понятие «пребывания в лесу» поэтому лучше использовать его, понимая, что это синоним понятия «доступ в лес». Конкретные предложения по содержанию статьи можно найти в этой работе на страницах 5-9.

  1. В соответствующие статьи внести обязанности органов власти и постоянных пользователей временно ограничивать доступ в лес при высокой пожарной опасности, а также обязанности постоянных пользователей, вести хозяйственную деятельность, не ограничивая прав граждан на пребывание в лесу, кроме случаев, предусмотренных законом.
  2. В соответствующие статьи внести обязанность временных пользователей вести свою деятельность без ограничения права граждан на свободное пребывание в лесу

5.Ограничить срок долгосрочного пользования лесами и охотничьими угодьями  5-7 лет

В принципе я считаю, что институт «долгосрочных пользователей» полезными свойствами леса и «охотничьими угодьями», которые по правовой сути очень похожи на «полезные свойства», надо ликвидировать, заменив его возможностью предоставления  ПРАВ на определенную деятельность,- на оговоренной  территории и на определенный срок.

К спорным вопросам относится необходимость запрета огораживания, которое многими воспринимается, как покушение на конституционные права граждан. Ограждение является абсолютно необходимым элементом современного лесного  хозяйства, который используется во всех странах Европы, в частности потому, что  при высокой плотности копытных вырастить качественный лес без надежной защиты молодняков практически не возможно. Чтобы избежать неверных толкования, в законах многих стран указывается на то, что доступ в публичные леса свободен, за исключением молодняков до 4-5  м высотой. Огораживание также используется для защиты опытных участков, мест произрастания особо редких видов, семенных плантаций и участков используемых для дичеразведения.

 В Украине заборы часто используют,  как средства сохранить элитные места отдыха для пользования «избранных». В этих случаях, обычно за ограду ведет хорошая дорога, за которой можно обнаружить водоемы, мангалы, беседки для отдыха и даже капитальные постройки.  И сейчас очевидно, что наличие подобных сооружений не позволяет отнести территорию к участком дичеразведения, а огораживание является нарушением закона.

 Путь законодательного усиления возможности разграничения «хороших и плохих заборов» возможен, но не исключено, что он закончиться тупиком.

Комментарии к законопроекту  Олега Сторчоуса

«Про внесення змін до деяких законодавчих актів України  щодо забезпечення  гарантій прав громадян на загальне використання лісових ресурсів» / Неофіційні пояснення до тексту для внутрішнього обговорення/

В первой части данных заметок приведены постатейные замечания по тексту законопроекта, а  во-второй, принципиальные соображения по поднятой теме.

Постатейные замечания.

Ст.18 ЛК.  Предлагаю увеличить срок долгосрочного пользования с 3-х до 5-7 лет. Это период, за который можно восстановить поголовье основных оседлых охотничьих животных – кабана и косули, а также существенно увеличить численность и структуру поголовья оленя.

Согласен с тем, что установление больших сроков не целесообразно. В договоре следует указывать, что при окончании договора, временный пользователь имеет преимущественное право на его пролонгацию в том случае….и здесь, видимо, надо указывать конкретные условия. В противном случае, велика вероятность того, что пользователь на первом этапе вкладывающей средства в увеличения численности поголовья, не сможет воспользоваться результатами своего труда.

Замечу, что площадь земель предаваемых в долгосрочное пользование во многих случаях логично ограничивать. В Украине, коллективы из 10 человек берут в долгосрочное пользование угодья по 20-30 тыс.га, на которых ранее охотилось 5-7 тыс. местных охотников. Разве это нормально? Знаю, что в Европе площади угодий различны: в густонаселенных странах с большим числом охотников они совсем маленькие (Германия -100-1000 га/по памяти/), в малонаселенных странах – большие. В США  и многих других больших странах охоту вообще организуют на основе «лицензионной модели», когда любой может охотиться везде, но по лицензии.

(4) Предложенная редакция безусловно лучше прежней, но…На мой взгляд, заключать договора на пользование государственными ресурсами по решению местных органов власти не логично.  Решение должен принимать постоянный пользователь, согласовывая его с органом, имеющим полномочия по управлению лесным  имуществом. Возможно, местной власти надо тоже предоставить возможность высказаться, в форме согласования, но не принимать решения.

Я понимаю, что функции распоряжения сейчас у областных ОДА, но это такой же атавизм советской власти, как звезды, памятники Ленину и названия улиц…

С этих позиций, я предлагаю подумать о разделении порядка согласования решений на передачу лесов коммунальной и государственной властности. В конце концов, чем отличаются эти формы собственности, если лесами распоряжаются региональные органы власти?

(5) Нет возражений, хотя 5 га – маловато для многих видов временного пользования.

(6) Считаю,  что долгосрочные договора должны регистрироваться в региональных представительствах центрального органа власти, управляющего лесами, как имуществом. Долгосрочные договора, безусловно, являются отягощением права собственности и также должны регистрироваться в Земельном Кадастре.

(7) Нет возражений

(8) Думаю, что информация о заключении долгосрочных договоров должна размещаться на сайте территориальных органов лесной администрации и заноситься в Земельный Кадастр и реестр договоров долгосрочного пользования лесами, ведение которого следует возложить на Центральный орган лесной администрации.

Ст.19 ЛК. Согласен. Право постоянных пользователей  устанавливать ограждения необходимо выделить отдельно. Это неотъемлемый элемент современного лесного хозяйства, без которого нельзя добиться эффективного восстановления лесов при высокой плотности дичи.

(9-10) Согласен и с правкой и с аргументами.

Ст.20 ЛК.

(6 и 8) Согласен с обеими пунктами.

Ст.31 ЛК. Вопрос спорный. Я сторонник того, чтобы правом запрета на доступ в лес в случаях, обусловленных чрезвычайными ситуациями, наделить территориальные органы МЧС, которые в этом отношении значительно профессиональнее ОДА. Кроме того, доступ в лес может быть ограничен из-за проведения определенных лесохозяйственных работ, например авиационной  обработки очагов вредителей, о чем постоянные пользователи должны сообщать в МЧС.

Термин – «заборона загального використання лісових ресурсів» в данном контексте очень размыт. По сути,   речь идет именно о «доступе в лес».

Лучше писать не о пожарах, а о «чрезвычайных ситуациях и высоком риске их возникновения» (здесь и пожары, и буреломы, и радиационные или химические аварии и падение самолета, и поиск беглых преступников…)

Считается, что пестициды 1-3 классов в том числе вирусные и бактериальные /по памяти/  безопасны для теплокровных, конечно, если  не кушать обработанные ягоды и листья. Я бы запрещал посещение, выпас скота и подальше увозил пчел в случае любой обработки такого рода. Агрохимикаты – суть удобрения. В лесном хозяйстве Украины их практически не используют.

Ст.32 ЛК. На мой взгляд, в ст.19 надо внести пунктик об обязанности постоянных пользователей  заранее информировать местные администрации и органы МЧС о проведении работ, связанных с риском для здоровья людей.

Обременять районные администрации пожарной опасностью не стоит. У нас запрещают доступ в лес  единовременно на территории всей страны, несмотря на то, что в Карпатах дождь, а сухо только степи и лесостепи. Пусть научаться реагировать на ситуацию хотя бы на областном уроне.

На мой взгляд ограничивать доступ к локальным участкам обработанным пестицидами наземным способом должны лесхозы, также к примеру, как они ограничивают доступ в квартала, где ведутся лесосечные работы. В любом случае лесхозы обязаны выставлять таблички запрещающие доступ в лес  и закрывать шлагбаумы без всяких распоряжений районных администраций…

Ст.33 ЛК Не возражаю, хотя этот пункт статьи выглядит странно:

  • запретить доступ в лес на территории населенного пункта без роты автоматчиков не возможно;
  • после запрета об ограничении на доступ в лес на областном уровне, нет необходимости дублировать его на уровне районов и , тем более, сел.
  • обработку пестицидами в населенных пунктах не проводят.

Ст. 66. ЛК Загальне використання лісових ресурсів

Мне не нравится название статьи и вообще деление пользования лесом на общее и специальное.  Во всех странах, в том числе и России, закон которой использует Олег, регулирует Доступ граждан в лес (Европа) или Пребывание граждан в лесу (СНГ). Однако я понимаю, что избавиться от этого можно только в процессе написания нового лесного закона.

(3) Согласен, но речь идет о доступе в лес. Замечу, что часть объектов ПЗФ находится на землях лесохозяйственного назначения.

(4) Те же замечания, что к статье34. Лучше говорит о чрезвычайных ситуациях (пожары, буреломы, техногенные аварии, минирование территории) и управлять ситуацией через МЧС.

Кроме того, по моему забыт запрет доступа на маточные участки (в зоны тишины), которые выделяют для обеспечения успешного размножения дичи на весенний период.

(5) В число органов исполнительной власти следует включить МЧС, органы которого и так выполняют распорядительные функции в упомянутых случаях.

(6) Согласен. Однако, если постоянный пользователь может ограничить доступ на лесосеки, то почему он не может ограничить доступ на локальные участки, обработанные пестицидами с помощью ГАРДов и другой наземной техники?

(7) Мне кажется связка «в том числе тих, яки…» лишняя. У нас часто устанавливают разного рода плетни и оградки в местах рекреации, но доступа в лес они не ограничивают. Пусть будут…

(8) Пока согласен, но не уверен, что законопроект содержит исчерпывающий перечень случаев при которых ограничение законно.  К примеру, кажется забыли об ограничении доступа в охотничьи угодья в период проведения охоты… Может ещё что-нибудь кто-то подскажет?

(9) Право на временные постройки логично давать только долгосрочным временным пользователям и оговаривать в договоре. Не предусмотренные договором  постройки следует оформлять дополнением к договору.  Визы постоянного пользователя  на заявлении для этого недостаточно. Я не думаю, что информацию такого рода надо размещать на сайте центрального органа лесной власти, достаточно нанести её на планы-схемы территорий постоянных пользователей.  Достаточно часто подобные объекты рекламировать не желательно.

(10) Согласен.

(11) Я бы добавил, что в случае, когда лицо, незаконно установившее ограждение, не выявлено в месячный срок, либо временный пользователь отказывается её ликвидировать постоянный пользователь имеет право  сносить ограждение, а также утилизировать или использовать для нужд лесного хозяйства, полученные при этом материалы.

Ст.78 ЛК. Полностью  согласен с комментариями к данной статье.

(9)  В целом все логично. К основаниям для расторжения я бы отнес не только систематические, но и грубые нарушения условий договора. Например, рубку за пределами выделенной делянки, осуществление пользований запрещенными методами и явным  ущербом для леса, самовольную постройку заграждений и отказ их ликвидации и т.п.

Комментарии к неофициальным пояснениями к тексту законопроекта проекта Закона Украины «Про внесення змін щодо посилення гарантій прав громадян на загальне використання лісових ресурсів»

Статья 18

Замечания касаются общего регулирования права пользования лесами

  1. Положение о том, что «Об’єктом тимчасового користування можуть бути всі ліси…», противоречит здравому смыслу, так как допускает передачу в постоянное пользование лесов, любое использование которых запрещено законом (к примеру, заповедные зоны заповедников и НПП, леса загрязненные радионуклидами, леса пограничной зоны и Минобороны частей и т.д.)
  2. Не четко определен объект, пользование которым разрешается по договору. Это лес? Лесной участок? Лесные угодья? Лесные ресурсы?
  3. Сомнительна правомерность постоянных пользователей, лишенных права распоряжения лесами, передавать их в долгосрочное пользование на основании договоров. В статье 19, где перечислены права постоянных пользователей, такое право отсутствует.
  4. Система оформления пользования предполагает участие постоянных пользователей в двух ипостасях:
    1. субъекта согласующего решения власти (согласование решения о заключении договора)
    2. субъекта выполняющего решения власти (заключение ранее согласованного договора)

Мне это кажется противоестественным и напоминает ситуацию, в которой командующий округом (губернатор) обращается к полковнику интендантской службы (директор лесхозу) с просьбой согласовать издание им приказа полковнику о поставках государственного фуража, находящегося в распоряжении командующего округом, в окружной госпиталь.

  1. Долгосрочное пользование лесами частной собственности в законодательном регулировании не нуждается. Частник может передать лес по договору, может по нарисованному дочкой лесорубочному билету, а может по устному соглашению.

Статья 19

  1. Из текста статьи очевидно, что постоянные пользователи не имеют права передавать леса в постоянное пользование.
  2. Каждый забор является сооружением. Вряд ли это нужно подчеркивать в Лесном Кодексе Украины.
  3. Постоянный пользователь не может «забезпечувати право громадян на загальне використання лісових ресурсів», которое обеспечено Конституцией. Он обязан не препятствовать своею деятельностью реализации этого права.
  4. Возможно, указать что постоянные пользователи обязаны обеспечить безопасность при проведении работ, связанных с риском для здоровья и жизни.

Статья 20

Без комментариев и замечаний.

Статья 31.

  1. Предлагаю выбрать компромиссный вариант, – «тимчасово забороняють відвідування лісів населенням і в’їзд до них транспортних засобів». На мой взгляд, он понятнее, чем предложенный:  «тимчасового забороняють  право загального використання лісових ресурсів». И так понятно, что без «відвідування лісів»  общее пользование ими не возможно.

Статья 32 -33

Предложенная формулировка очень «тяжеловесна» и содержит информацию, которая выглядит, мягко говоря, странно. Трудно представить ситуацию когда районные администрации должны «заборони загальное використання лісових ресурсів у лісах державної власності за межами населених пунктів а також у межах сіл, селищ, міст районного значення у період високої пожежної небезпеки, та під час  проведення  робіт із застосуванням пестицидів та агрохімікатів». Тоже относится к сельским радам, с той разницей, что их зона ответственности  – коммунальные леса, причем почему-то  только «в межах сіл, селищ, міст». 

 Не юристу трудно понять:

  • как можно запретить или разрешить общее пользования лесами в населенных пунктах?
  • где в Украине населенные пункты обрабатывают пестицидами и агрохимикатами?

Мне кажется:

  • обязанность запрета доступа в лес при высокой пожарной опасности надо возложить на исполнительную Власть, причем только областного уровня. В её распоряжении есть вся доступная информация и специалисты (МЧС, ОУЛМГ), она отслеживает ситуацию на территории области и может ввести ограничение  как на всей её площади, так и в нескольких районах;
  • использование пестицидов регламентируется ЗУ «Про захист рослин», «Про пестициди і агрохімікати», «Про забезпечення санітар­ного та епідемічного благополуччя населення», «Санітарними правилами і вимогами при транспортуванні, зберіганні та застосуванні пестицидів», «Санітарно-гігієнічними правилами і технікою безпеки при зберіганні та застосуванні пестицидів», «Про охорону праці» и т.д. В задачу лесного законодательства это не входит

В предлагаемых поправках  не вижу необходимости.

 Статья 66.

 Свои предложения  по содержанию данной статьи  я высказал в записке  «Проблема правового регулирования доступа в лес и пути её решения. Точка зрения лесовода». Ниже перечислю замечания к текущему варианту законопроекта.

 Текст статьи тяжел для восприятия. Его можно значительно улучшить, если часть материала вынести в отдельную статью, регулирующую правила пребывания в лесу;

  1. Не надо относить к ограничениям конституционных прав граждан выполнения требований техники безопасности при проведении работ и пытаться их узаконить.
  2. Запрещение доступа на лесные участки в случае наличия  потенциальной опасности – это не право, а обязанность постоянных пользователей;
  3. Не надо регулировать ограничения доступа, которые не связаны с лесным хозяйством и лесами (минирование, побег преступников и т.п). Подобные ситуации не регулируются лесным правом;
  4. В статье очень много «заборов». Может вынести регулирование их создания в отдельную статью, к примеру «Правовое регулирование возведение и использование ограждений»? (шутка)

6.     Шутка-шуткой, но с предложенным регулированием возведения ограждения я полностью не согласен, – и по объему места уделяемого этой теме и по смыслу.

Статья 78

  1. В тексте видимо есть пропуски, так как местами он смотрится не связным
  2. Мне не понятны многие предложения:
    • Указывается, что в случаях 2-4 разрешения на заготовку древесины, побочное пользование и сбор вторичных материалов аннулируют те, кто их выдал. А кто делает это в случаях 5-9?
    • Что понимается под «целевым назначением участка»? Категория земель, целевая категория лесов или назначение использования по условию  договора?
  • Каким документом определяется порядок «збору за використання лісових ресурсів» при долгосрочном пользовании полезными свойствами леса. Какова практика его администрирования и о каких суммах идет речь? (этого я просто не знаю)

Статья 105

Без комментариев и замечаний.

ПРИКІНЦЕВІ ПОЛОЖЕННЯ

Сразу не понял смысл текста. Видимо, нужна редакция.

Закон Об охотничьем хозяйстве и охоте

С предложениями  согласен

Кодекс України про адміністративні правопорушення

Статья  77-1

  1. Не пойму, почему все время говориться об ограждениях линейного типа. А если территории будет незаконно огорожена по кругу, что-то изменится?
  2. Почему речь идет о гражданах? Что изменится, если ограждение незаконно возведет некий клуб Кедр, на территории охотничьих угодий взятых в долгосрочное пользование.

Статья  77-2

  • Строительство забора, охрана мест добычи янтаря с автоматами и собаками, запрет вхождения в лес, где отдыхает начальство, закрытый шлагбаум на дороге в отсутствии пожарной опасности и т.д.  – все это ограничения. Надо пояснить о каких ограничениях идет речь. 
  • Надо понимать, что больше всего незаконных ограничений на совести лесников. Кто их будет наказывать? Не понятно кто будет выявлять подобные нарушения (кроме тех, что оставляют след – типа канав и заборов)
  • Законопроект не описывает правил поведения в лесу, поэтому лесника выгнавшего из леса шумную компанию, всегда можно будет обвинить в ограничении прав граждан «на загальне використання лісових ресурсів»
  • Очень трудно найти грань дозволенного при сборе грибов, ягод или лекарственных растений. В одних случаях лесник обязан его пресекать, а в других это является нарушением прав граждан. Как найти грань?

Данная статья не вызывает возражений, но вызывает много опасений по поводу её практического использования. К этой статье не помешал бы развернутый перечень действий, которые при реализации Конституционного права «общего пользования»  граждане делать не могут. Иначе получат пинка … и по делом.

[1] Закон Украины от 1991.06.25, № 1264-XII «Об охране окружающей природной среды” 

М.Попков

Залишити коментар